Время «Навигатора»

Обзоры и тесты
Следующая статья

Классовая борьба

Предыдущая статья

На маленьком плоту

От мира людей мы отрезаны, пожалуй, еще в большей степени, чем космонавты в полете. Всего лишь пять километров отделяют нас от поверхности и от товарищей на борту «Марселя ле Биан», но как раз эти пять километров остаются непреодолимым препятствием. Никто, кроме нас, не может погрузиться на такую глубину и в случае необходимости никто не сумеет оказать нам ни малейшей помощи. Мы абсолютно одни — мы проникли в этот чуждый нам мир добровольно, и чтобы покинуть его, должны полагаться лишь на свои собственные силы.

Жорж Уо, «Двадцать лет в батискафе»

Странное судно покидало Валетту. Характерный профиль ярко-красного корпуса с аркой трала напоминал «рыбака», но едва ли на низкой кормовой палубе нашлось бы место для даров моря — ее занимали непривычные взгляду обывателя аппараты и механизмы. Слаженно, без суеты, работала на борту немногословная команда, и было невдомек, куда идет этот необычный корабль и какова его цель. Люди, ведомые любопытством, могли бы заметить его в разных местах неподалеку от Мальтийских островов, сначала кружащего в море, будто пчела в поисках медоноса, а потом на долгие часы зависающего над одной точкой. В такие моменты спящие доселе палубные конструкции оживали: костлявые руки кранов принимались лихо дирижировать, опуская в пучину непонятные, диковинные предметы, а за ними под воду отправлялись и люди, облаченные в устрашающего вида скафандры. Шла привычная повседневная жизнь U-Boat Navigator — уникального, единственного в своем роде прогулочного судна, способного выполнять серьезные подводные работы.

Эта история началась более десяти лет назад, когда в России существенно вырос интерес к так называемому техническому дайвингу — глубоководным любительским погружениям в легководолазном снаряжении. Тогда наши соотечественники во главе с талантливым дайвером и инструктором Евгением Томашовым организовали на Мальте дайв-центр Abyss Diving и сутки напролет проводили под водой, погружаясь на затонувшие корабли, коим в мальтийских водах нет числа. Но со временем пределы возможностей были достигнуты, и возникла необходимость перейти на качественно иной уровень: самостоятельно искать новые объекты, идентифицировать их и проводить серьезные исследовательские спуски. Без надежного поисково-водолазного судна этим амбициям не суждено было реализоваться, и тогда настало время «Навигатора».

В облике стального корабля действительно присутствуют черты рыболовецкого судна — за его основу взят сейнер турецкой постройки, который основательно перекроили и нашпиговали специфическим оборудованием. Самые радикальные изменения претерпел корпус:
в центральной части его нарастили на два метра (полная длина теперь составляет 24 м), а по бортам снабдили спонсонами, призванными повысить остойчивость при выполнении погрузочных работ. Спонсоны отобрали пару узлов скорости, но для Navigator это не столь важно, ведь его главное предназначение в другом.

«Мы специально разыскивали судно с максимально низкой палубой для размещения подводного оборудования, — рассказывает Евгений, пока мы выходим из старинного порта Валетты. — Буксиры нам не подходили из-за слишком мощных двигателей с чудовищным расходом топлива, поэтому выбор пал на сейнеры. Мы смогли найти почти новый корабль, и никто не ожидал, что он ответит всем требованиям. Для нас очень важно, что при необходимости сменить дислокацию его можно погрузить на палубу транспортного судна и доставить куда угодно».

Александр Стасюкевич, капитан

Я работаю на этом судне всего месяц, за прошлый год совершил два кругосветных путешествия на 30-метровой парусной яхте Scorpion вокруг Арктики и Антарктики, а теперь пришло время немного погреться в теплых морях. Прежде мне доводилось служить капитаном на моторных судах, и могу сказать, что Navigator — отличное судно с неограниченным районом плавания, способное выполнять непростые задачи. Конечно, это не всепогодный океанский корабль, и у него существуют определенные ограничения по высоте волны из-за низкой главной палубы, где сосредоточено подводное снаряжение. Крейсерская скорость 7−9 узлов для исследовательского водолазного судна вполне достаточная, плюс автономность по топливу и воде до восьми суток позволяет комфортно чувствовать себя в Средиземном море. Мне как капитану важно, что при такой высокой технической насыщенности лодки ее габариты и осадка позволяют заходить в большую часть яхтенных гаваней этой акватории, и у нас нет проблем со стоянками, как у суперяхт длиной более 30 метров. Ну и, конечно, мне очень интересно находиться в самом центре поисково-водолазных работ, правда, для этого пришлось повышать квалификацию и осваивать море новой информации.

На борту «Навигатора» организован серьезный барокомплекс с «мокрым» водолазным колоколом, который позволяет осуществлять подводные работы на глубинах до 110 метров. Водолазы опускаются в колоколе на заданную глубину и покидают его для выполнения поставленной задачи, при этом дыхательная смесь приходит к ним с поверхности по «пуповинам», а в случае аварии на борту колокола также присутствует запас газов. Работу комплекса обеспечивают два мощных компрессора Bauer с возможностью приготовления смесей с различным содержанием кислорода, азота и гелия «на лету», 60 транспортных газовых баллонов, а также бустеры — особые компрессоры, позволяющие добивать газ в баллоны. Со специальных контрольных панелей происходит управление смешиванием газов, подачей их водолазам и манипуляциями с барокамерой, где те проходят длительную декомпрессию после погружений. Барокамера со шлюзом способна работать под давлением до 12 АТА и позволяет проводить любые виды современных лечебных рекомпрессионных мероприятий плюс моментальную компьютерную рентген-диагностику. «В обеспечении подводных спусков одновременно заняты минимум восемь опытных сотрудников, — поясняет один из ключевых специалистов „Навигатора“, водолазный врач-спецфизиолог Андрей Суровикин. — Все они несколько раз в год проходят обучение и курсы повышения квалификации, поскольку специфика нашей деятельности требует высокого профессионализма».

Не меньшую, чем на водолазов, ставку владельцы «Навигатора» делают на современные обитаемые или управляемые с поверхности подводные аппараты. Самый интересный и заметный из них (но не самый важный!) — построенная в Европе мини-субмарина C-Explorer 5. Подобные «прогулочные» подводные лодки уже не первый год появляются на крупных яхтенных выставках, и владельцы суперяхт порой не скупятся на такие экзотические игрушки, однако мало кто грамотно использует их на полную катушку. C-Explorer 5 берет на борт четырех пассажиров, не считая пилота, способна погружаться на глубину до 300 м, снабжена манипулятором, видеокамерами и компактным роботом-сателлитом, который выходит из «гаража» в корме, чтобы исследовать недоступные места или осмотреть субмарину снаружи.
Компанию C-Explorer 5 составляет глубоководный робот (ROV) рабочего класса Ageotec Perseo GTV (глубина погружений до 1500 м), с помощью которого производятся все начальные этапы поиска и исследования затонувших объектов. Помимо манипулятора, магнитометра и мощной водометной пушки, предназначенной для размыва грунта, основным «оружием» робота является суперсовременный многолучевой эхолот, создающий трехмерное изображение дна и погребенных под мягким грунтом объектов. Подобные системы используются для поиска и контроля состояния подводных трубопроводов, обеспечивая великолепные результаты: идущий перед судном на глубине 500 м ROV покрывает Компанию мини-субмарине составляет глубоководный робот 2-го класса трехкилометровую полосу поиска. На борту Navigator оборудовано отдельное помещение для оператора, куда стекается информация от всех многочисленных «органов чувств» Perseo.

По мере наполнения судна оборудованием оказалось, что владельцам, а именно — компании U-Group, придется столкнуться с вопросами посложнее, чем погружение на сто метров. Несмотря на то, что проект был предварительно согласован с классификационным обществом Германский Ллойд (GL) и модификация конструкции шла под его надзором, для сертификации готового «Навигатора» пришлось затратить огромное количество сил и времени.
Без этого судно и дорогостоящие подводные аппараты просто невозможно было застраховать, а учитывая наличие кислорода и других сжатых газов в барокомплексе, сертификация превратилась в сущий кошмар даже при наличии хороших отношений с GL. Причем дело было не только в кислородных трубопроводах и прочих специфических вещах, но и в людях, которые должны обладать определенными документально подтвержденными знаниями, чтобы управлять барокамерой, роботом, субмариной…

«В итоге сами страховые компании тоже испытали ряд затруднений, столкнувшись с „Навигатором“, — поясняет Евгений Томашов. — Они привыкли работать с обычными прогулочными яхтами по нехитрой канве, а теперь встретились с исключительным сложным судном, к которому требовался особый подход».
И в это легко поверить, ведь частных «любительских» яхт длиной до 30 метров с такими возможностями исследования подводной среды попросту не существует. По сути это экспериментальная площадка, куда попадает все новейшее снаряжение для поисково-водолазных работ, если только оно соответствует поставленным перед «Навигатором» задачам.
Будь то новейшие ребризеры, газоанализаторы или буксировщики, они оказываются на вооружении у Евгения и его команды зачастую еще до выхода на рынок. «Мы следим за всем современным оборудованием, которое только появляется в мире, и часто заказываем перспективные модели еще на стадии прототипов, — рассказывает он, пока сжатый воздух со свистом наполняет барокамеру. — Например, Casio недавно выпустила инновационное переговорное устройство, которое располагается на скуле дайвера, позволяет ему говорить прямо в регулятор и расшифровывает эту непонятную простому уху речь гораздо лучше, чем стандартная система справляется с „гелиевым писком“ в водолазных шлемах Kirby Morgan».

Мальтийские острова — один из мировых центров рэк-дайвинга, поскольку на дне вокруг них покоятся десятки затонувших кораблей разных эпох. Многие еще не найдены, не идентифицированы и ждут своих исследователей. Почти каждый рэк — это трагедия прошлого, памятник войны или братская могила, поэтому существует определенный формальный и неофициальный этикет погружения в такие места. Интернациональная команда Navigator не промышляет «черным искательством» и всегда запрашивает официальное разрешение на проведение погружений у властей Мальты или других стран, которым принадлежит тот или иной корабль. Любые поиски и исследования неизвестных рэков всегда начинаются с колоссальной работы с архивами — без нее выход в море «наудачу» обернется поисками иголки в стоге сена. Даже когда эхолот высветил на дне останки предполагаемого объекта, точная идентификация судна может занять еще не один месяц или даже год. Это не только крайне дорогое увлечение, которое невозможно превратить в бизнес, но дело, требующее от людей безграничного энтузиазма и способности не останавливаться перед многочисленными трудностями.

«На неглубоком Сицилийском плато достаточно интересных объектов, однако зачастую даже на самом высоком уровне не удается получить разрешение на их исследование, — сетует Евгений. — Французы постоянно чинят препоны, греки вообще не настроены на переговоры, итальянцы тоже не слишком сговорчивы… зато Доминиканская Республика очень рада и всегда приглашает нас, — смеется он. — Например, вокруг острова много сбитых самолетов, и мальтийский авиационный музей весьма заинтересован в их идентификации. Самостоятельные подъемы подобных артефактов в территориальных водах государства с точки зрения закона очень сложны, лицензии со скрипом выдают только музеям, но мы им с удовольствием помогаем, если разрешение получено».

U-Boat Navigator

Длина:
24 м

Ширина:
7,2 м

Водоизмещение:
96 т

Осадка:
2 м

Запас топлива:
18 т

Запас воды:
8 т

Максимальная скорость:
9 узлов

Пассажиры/экипаж:
5+7

Вернувшись в мальтийскую столицу, не хотелось расставаться с этим сильным, независимым и захватывающим воображение судном, но наше следующее рандеву состоялось на удивление скоро. В конце мая «Навигатор» пришел на Гран-при «Формулы-1» в Монако, чтобы после окончания гонок исследовать останки самолета, лежащие на дне прямо у выхода из порта Эркюль. Там произошла интересная встреча: в гости на судно приехал первый вице-
президент Русского географического общества Артур Николаевич Чилингаров — первый человек, погрузившийся на Северном полюсе в легководолазном снаряжении со льда и позже опустившийся там же на глубину 4261 м в батискафе «Мир-1».

А у команды «Навигатора» большие планы на будущее: в первую очередь, они займутся исследованием и документированием затонувшего в 1916 году брата-близнеца «Титаника» — госпитального судна Britannic, — и кто знает, быть может, им посчастливится вычеркнуть несколько строк из длинного списка так и не найденных в океане судов…

Андрей Суровикин, врач-спецфизиолог

Многим людям ошибочно кажется, что барокамера — это просто крепкая консервная банка под давлением, и ничего сложного в организации барокомплекса на борту прогулочной яхты нет. Мягко говоря, это не так — наука о «кранах» очень непростая, и любой просчет в ней может стоить жизни. Огромная часть нашей работы посвящена планированию погружений, обеспечению их безопасности и предотвращению любых возможных несчастных случаев. Конечно, лечебные возможности нашего комплекса впечатляют, но я предпочитаю изначально все делать так, чтобы ими не пришлось воспользоваться. Не нужно забывать, что Navigator — по сути любительское, некоммерческое водолазное судно, которое является во многом экспериментальной площадкой. Наше водолазное снаряжение в основном рассчитано на работу в относительно теплой воде, а для Северного, Балтийского или Баренцева морей все должно быть уже гораздо серьезнее — любителям под водой там делать нечего. Если кто-то захочет построить себе похожую систему жизнеобеспечения для глубоководных поисково-водолазных работ, проще всего обратиться к нам за консультацией и помощью, чтобы заранее обойти все возможные трудности.

Дата:

29.07.2013

Текст

Антон Черкасов-Нисман

Фото

Антон Черкасов-Нисман, U Group

Следующая статья

Классовая борьба

Предыдущая статья

На маленьком плоту

Новые материалы
Похожие статьи