Kairos: вне времени

Обзоры и тесты
Следующая статья

Monaco Smart & Sustainable Marina: разговор о наболевшем

Предыдущая статья

Дайджест новостей 14-20 ноября

Известная знаковыми яхтами и новаторскими подходами верфь Oceanco запустила программу Oceanco NXT для поиска новых перспектив в дизайне и инженерии. Цели амбициозны: строить невероятные суперяхты для будущих поколений так, чтобы их вредное воздействие на окружающую среду стремилось к нулю. Первой главой этой программы стала разработка концепта Kairos совместно с дизайн-­студией Pininfarina и инженерным бюро Lateral Naval Architects. Подробностями о проекте 90‑метровой суперяхты, впервые представленном на Monaco Yacht Show в этом году, с MBY поделились Кевин Райс — креативный директор Pininfarina и Даниэле Маззон — глава подразделения морского дизайна студии.

Pininfarina — легенда автомобильного дизайна, но более 30 лет назад студия начала двигаться и в других направлениях. Когда Pininfarina впервые попробовала себя в дизайне яхт?

Д. М.: Начиная с 1980‑х мы сделали множество custom-­проектов, например Destriero для верфи Fincantieri (водометная яхта длиной 68 м с газовыми турбинами, установившая до сих пор не побитый рекорд пересечения Атлантики без дозаправки. — Прим. ред.). Тогда у нас еще не было подразделения морского и транспортного дизайна — оно появилось около 10 лет назад, и сейчас мы работаем со многими верфями: Rossinavi, Fincantieri, Wally, Princess Yachts, Persico Marine. Но проект Kairos совместно с Oceanco и Lateral, который был представлен на Monaco Yacht Show 2021, — самый крупный.

Кто был автором изначальной идеи Kairos?

Д. М.: Мы стали разрабатывать дизайн, когда получили задание от Oceanco, но реальная работа началась на общей встрече в Лондоне, где присутствовали уже и Oceanco, и Lateral. Нас очень впечатлила инженерная платформа, которую они предложили. Так завязалось сотрудничество.

Сколько концептов вы показали Oceanco, прежде чем был выбран один?

К. Р.: Задание было «открытым», и мы решили работать в двух разных направлениях: одна идея более классическая, а вторая — очень радикальная. Последнюю и выбрали. Я тогда подумал: «О, неужели?! Ну теперь им будет сложновато это реализовать!» На самом деле мы счастливы, что они выбрали трудный вариант.

Почему? Обычно верфи очень практичны — им это строить…

Д. М.: К­огда-то мы принимали участие в дизайне яхты Alfa Nero с прозрачным бассейном на транце. В то время это было очень ново, и этим мы изменили восприятие яхт. Oceanco хотела сделать проект нового поколения, потому и выбрала радикальную концепцию.

К. Р.: Все, кто видел концепт Kairos в Монако, спрашивали: «Боже, как вы собираетесь это строить?!» И это говорили люди с огромным опытом. Но дело в том, что и Oceanco, и Lateral подготовились к такому вызову еще до того, как впервые пообщались с нами. Инженерные разработки Lateral действительно невероятны. Мы немного нервничали, когда собирались показать им радикальный вариант, но они сказали: «Это непросто, но мы можем». Вот почему в Монако мы представляли проект уже спокойно: вся техническая часть проработана на 99%.

Почему для проекта Kairos определили длину 90 м?

Д. М.: Эта длина уже была выбрана Oceanco и Lateral при разработке инженерной платформы, которая, в свою очередь, оказалась очень важна для нас с дизайнерской точки зрения. Моторный отсек яхты расположен под нижней палубой, ниже ватерлинии, что позволило нам сделать piazza (площадь, ит. — Прим. ред.) — огромное открытое пространство в средней части яхты.

То есть piazza стала отправным пунктом в дизайне Kairos?

К. Р.: В данном случае дизайн вообще начинался не с яхты или ее размеров: все начиналось с чувств, эмоций и того, что мы называем experience. Сейчас все говорят про UX-дизайн (User Experience design — проектирование на основе опыта пользователей, их эмоций и предпочтений. — Прим. ред.). Для пользователей автомобилей это означает сенсорный экран, для пользователей смартфонов — приложения, в других областях это может быть ­что-то иное. Но, честно говоря, UX-дизайн всегда был с нами, поскольку через продукт вы даете покупателям возможность чувствовать себя. Мы задались вопросом: какую эмоцию мы хотим передать будущему владельцу этой яхты и как этого достичь? Вот это и стало отправным пунктом.

Смысл в том, что это как бы вообще не яхта: визуально линии Kairos расходятся одинаково и в нос, и в корму. Когда ты находишься в центре piazza, то ощущаешь себя в европейском городе. Взглянув по сторонам, видишь море, побережье или порт. А когда смотришь вверх, кажется, будто ты в Нью-­Йорке или Шанхае. То есть, стоя на одном месте, можно одновременно ощущать себя в трех разных точках. Частично из-за того, что четверть яхты «отсутствует»: пространство остеклено или открыто, и, находясь на уровне воды, можно видеть яхту насквозь, до самого неба. Это дает ощущение, будто ты в плавучем городе.

Много яхтенных дизайнеров сегодня сетуют на то, что часто приходится строить не яхты, а плавучие дома. А вы намеренно создали даже не плавучий дом, а плавучий город…

К. Р.: Первоначально в задании Oceanco говорилось о концепции day boat — лодке для дневного использования…

Дневная лодка длиной 90 м?!

K. P.: Идея в том, что с такой яхтой вам не нужен офис в Нью-­Йорке или вилла, где вы отдыхаете. По делам вы можете вылетать на вертолете или выходить на тендере. Эта яхта не для того, чтобы навещать ее две-три недели в году. На ней есть все необходимое, чтобы жить постоянно, поэтому здесь столько разных пространств и ощущений одновременно. Думаю, дневной лодкой ее назвали потому, что владелец, в какой бы части мира он ни находился, может приглашать гостей в свой дом на день или больше. Такой гибкий способ использовать судно — это уже революция. Не говоря о том, что асимметричных яхт такой длины в мире еще не было. И вместо того чтобы беспокоиться о том, что хотят строить люди: яхты или плавучие дома, — мы придумали вот такую уникальную вещь.

А почему выбрали асимметричную форму?

К. Р.: Это и позволило сделать piazza, что возвращает нас к вопросу об отправной точке дизайна. Можно стоять на уровне воды и чувствовать себя в отпуске, посмотреть чуть выше и увидеть семейное пространство, взглянуть еще выше и ощутить себя в бизнес-­среде, как в небоскребе мегаполиса. Это работает только в том случае, если полностью открыть секцию яхты, если палуба над тобой прозрачна, а палуба еще выше — открыта. Потому и мачта смещена к левому борту. А обзорная палуба, как птичье гнездо на двоих, парит над всем. Piazza не предна-значена для приватности: по стеклянной палубе сверху можно ходить — лучше, конечно, в брюках. Остекление главной палубы откидывается, а в центре располагается потайной фонтан, который время от времени выбрасывает струи воды высотой 2,5 м.

Какие еще уникальные особенности есть у Kairos?

К. Р.: На борту две вертолетные площадки: touch & go в носу, откуда можно попасть прямо в салон, а по приватной лестнице — в апартаменты владельца; и вторая в корме, сертифицированная для заправки и хранения вертолета. Обзорная площадка не зафиксирована жестко и может передвигаться вверх и вниз. И раз уж для создания piazza мы использовали такую асимметрию в центре яхты, имело смысл придерживаться тех же принципов в других местах. Если вы посмотрите на транец, то увидите, что он тоже не симметричный, а скошенный. Визуально его «достраивает» джакузи — прозрачное и висящее над водой.

А что по инженерной части?

Д. М.: Над этим мы тоже работали с первого дня совместно с командой Lateral. Задача была грамотно совместить инженерную платформу и дизайн. Платформа отлично продумана, чтобы обеспечить лодке должные ходовые качества. Если вы видели модель в Монако, то могли заметить, что надстройка крупнее, чем надводная часть корпуса, но размещение двигателей под нижней палубой понижает центр тяжести. Одна дизель-­электрическая установка, которая используется для зарядки батарей (они дают питание двум днищевым колонкам типа Azipod. — Прим. ред.), позволила сделать корпус более узким, как у парусной лодки, и эффективным. Из необычного то, что выхлопная система, как и мачта, находится не в диаметральной плоскости, а смещена к борту.

Как далеко Kairos может уйти?

Д. М.: Запас хода зависит от режима движения, но он примерно такой же, как у любой яхты близкой длины. Концепция предполагает, что яхта будет проводить немало времени «стационарно», но пустовать не станет — на ней нужно жить.

Kairos сложно представить в чартере. Это лодка только для владельца, так?

Д. М.: Здесь можно реализовывать любые решения, так что и чартер не исключается. Все каюты расположены на нижней палубе, и в каждой можно открыть собственную террасу прямо над уровнем воды, как в бунгало на Мальдивах. Разве что мастер-­каюта занимает два уровня: на главной и нижней палубах.

Pininfarina, так же как Oceanco, известна приверженностью «зеленым» технологиям. А что в этом смысле вы привнесли в Kairos?

К. Р.: Разумеется, основная часть технологий пришла от Oceanco и Lateral. Мы всегда думаем о весе и аэродинамике: об экологичности Pininfarina впервые начала задумываться еще в начале 1980‑х, на заре разработки электрокаров. Вопросы аэродинамики прорабатывались вообще с момента создания студии, а собственная аэродинамическая труба у нас появилась еще в 1972 году. Kairos легче обычной яхты той же длины, ее силовая установка меньше и эффективнее. Нет лишнего веса в надстройке — мы все стараемся делать максимально легким и простым.

Планируете продолжать сотрудничество с Oceanco и создавать новые проекты?

К. Р.: Конечно, но сначала мы бы хотели, чтобы этот проект спустили на воду. И вместе с Oceanco мы сделаем все от нас зависящее, чтобы воплотить Kairos в жизнь.

Есть ли у Kairos потенциальные заказчики?

К. Р.: Это, разумеется, большой секрет, но да, интерес огромный. Есть люди, которые смущенно спрашивали: «Можно ли построить такое же, только поменьше?» Думаю, многие интересовались потому, что концепция их по-настоящему впечатлила. Но понятно, что такой проект дорог по любым стандартам, и даже если строить такую яхту меньшей длины, серьезно дешевле она все равно не окажется.

Есть ли у вас «объект мечты» для дизайна? От чайника до города…

К. Р.: Думаю, мы уже создавали дизайн всего, что существует. Не уверен, правда, насчет космических кораблей. И если мы сделаем чайник, это будет ого-го какой чайник! Смотрите на то, как люди используют вещи. Часто мы привыкаем принимать ситуацию такой, какая она есть. Все мы сидим на стульях и спустя некоторое время хотим сменить положение, потому что становится некомфортно. Я не знаю ни одного стула, на котором бы этого не случалось. И я бы сказал себе: «Кевин, не надо создавать стул. Придумай лучше ­что-нибудь, чтобы не сползать со стула».

Мы делаем множество вещей каждый день, и все они интересны, но пара проектов меня особенно вдохновляла последнее время. Первый — Theorema, виртуальный концепт-кар. Мы разработали множество реальных концепт-­каров, но виртуальный — впервые; это абсолютно иной способ проектирования транспортного средства. Второй — Kairos. Это вообще одна из самых невероятных вещей, которые мы придумали. Дело не в том, что Pininfarina создает новые категории объектов, — она меняет взгляд на привычное. Все прорывные изменения в дизайне автомобилей касались использования пространства. С Kairos то же самое: это, безусловно, яхта, но также и новый стиль жизни на борту. И прежде, чем перейти к чайнику, я бы, наверное, сделал еще один Kairos.

Дата:

24.11.2021

Текст

Ольга Селезнева

Фото

Александр Панцери, Oceanco

Следующая статья

Monaco Smart & Sustainable Marina: разговор о наболевшем

Предыдущая статья

Дайджест новостей 14-20 ноября

Новые материалы
Похожие статьи